https://penzavzglyad.ru/what_to_do/179383/nalichie-u-grazhdanina-dolgov-v-neskolkih-bankah-ne-svidetelstvuet-o-nevozmozhnosti-ih-spisaniya
В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.
В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 ГК РФ, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении этого должника правила об освобождении от исполнения обязательств.
Соответственно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.
При этом сам по себе факт наличия кредитных обязательств перед несколькими банками не может считаться обстоятельством, подтверждающим недобросовестность должников и отсутствие оснований для их освобождения от исполнения обязательств. К такому выводу пришел суд кассационной инстанции, рассмотрев кассационную жалобу супругов-должников, которым судами первых двух инстанций было отказано в освобождении от долгов перед одним из банков (постановление АС Волго-Вятского округа от 18.02.2025 по делу №А79-6376/2022).
Согласно материалам дела суды первой и апелляционной инстанции отказали в освобождении от долгов перед одним из банков, установив наращивание супругом кредиторской задолженности и сообщение супругой недостоверных сведений об отсутствии у нее обязательств перед другими кредиторами.
Вместе с тем доказательств недобросовестности должников в материалы дела представлено не было, равно как и судами таких обстоятельств не установлено.
Положения пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве содержат указание на конкретные обстоятельства, при установлении которых должник не подлежит освобождению от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, что препятствует произвольному применению этой нормы с целью обеспечения экономических интересов кредитора. Данные обстоятельства без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности. При этом степень недобросовестности должна позволять однозначно судить о наличии у должника противоправных целей как при вступлении в правоотношения с кредитором, так и в последующих действиях, в том числе, в деле о банкротстве.
В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.
В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 ГК РФ, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении этого должника правила об освобождении от исполнения обязательств.
Соответственно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.
При этом сам по себе факт наличия кредитных обязательств перед несколькими банками не может считаться обстоятельством, подтверждающим недобросовестность должников и отсутствие оснований для их освобождения от исполнения обязательств. К такому выводу пришел суд кассационной инстанции, рассмотрев кассационную жалобу супругов-должников, которым судами первых двух инстанций было отказано в освобождении от долгов перед одним из банков (постановление АС Волго-Вятского округа от 18.02.2025 по делу №А79-6376/2022).
Согласно материалам дела суды первой и апелляционной инстанции отказали в освобождении от долгов перед одним из банков, установив наращивание супругом кредиторской задолженности и сообщение супругой недостоверных сведений об отсутствии у нее обязательств перед другими кредиторами.
Вместе с тем доказательств недобросовестности должников в материалы дела представлено не было, равно как и судами таких обстоятельств не установлено.
Положения пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве содержат указание на конкретные обстоятельства, при установлении которых должник не подлежит освобождению от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, что препятствует произвольному применению этой нормы с целью обеспечения экономических интересов кредитора. Данные обстоятельства без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности. При этом степень недобросовестности должна позволять однозначно судить о наличии у должника противоправных целей как при вступлении в правоотношения с кредитором, так и в последующих действиях, в том числе, в деле о банкротстве.
